Кевин Файги: «Позиционировать «Мстителей» как научно-фантастический экшн – это очень грамотное решение»
Штатный продюсер Marvel Кевин Файги, который присягнул на верность студии аж в 2000-м году, имел непосредственное отношение к производству абсолютно всех «марвеловских» фильмов. Его проекты собрали в общей сложности $4,8 млрд в мировом прокате. Мистер Файги посетил Москву в составе многочисленной делегации фильма МСТИТЕЛИ. Несмотря на плотный график, влиятельный продюсер четко и обстоятельно ответил на вопросы «БК».
«БК»: Как вы считаете, насколько широка аудитория МСТИТЕЛЕЙ? Чем ваш проект может привлечь зрителей постарше, которые, возможно, не очень интересуются историями о супергероях?
ФАЙГИ: Конфликты между героями и темы, которые затрагиваются в сценарии, куда глубже, чем те, которые мы вправе ждать от обычного супергеройского комикса. Наш сценарист и режиссер Джосс Уидон – человек невероятных талантов. Он один из самых умных и образованных людей, которых я когда-либо встречал. И он способен рассказать довольно доступным языком очень сложную историю. Причем, его обычно интересуют самые разные темы и жанры – от вампиров до космической фантастики. И он очень серьезно относится ко всем жанрам, с которыми работает, даже если на первый взгляд вам кажется, что «Баффи» – это развлечение для школьников. А также у Джосса отличное чувство юмора, поэтому МСТИТЕЛИ получились такими смешными. Мы стараемся делать фильмы для всех зрителей, а не только, допустим, для детей или для гиков. И мне как раз кажется, что Джосс с МСТИТЕЛЯМИ сделал то, чего до него никому не удавалось с кинокомиксами – угодил абсолютно всем.
«БК»: Но все же людей, которые росли за «железным занавесом», нельзя назвать «воспитанными на комикс-культуре». А новое поколение гиков пока еще толком не выросло. Поэтому у нас в стране легко может провалиться какой-нибудь ТЕМНЫЙ РЫЦАРЬ, собирающий миллиард долларов по всему миру. Тем не менее, мы уже привыкли, что если какие-нибудь кинокомиксы в этой стране и пользуются успехом, то это непременно проекты Marvel. Чем, как вы думаете, ваши истории так покоряют российскую публику, которая в целом прохладно относится к комиксам?
ФАЙГИ: Традиционно герои «марвеловских» комиксов близки к народу, с ними легче себя соотносить, на них легче равняться. Самое приятное, что у них у всех есть изъяны. Они не какие-то там идеальные создания, сшитые по лекалам и покрытые лоском. Посмотрите на Железного человека, например… Он же пьянь, циник и бабник.
«БК»: За это и любим!
ФАЙГИ: Именно. Нам потому и близки эти герои – они все по-своему несчастны и уязвимы. Тони Старк сделал себе состояние на том, что продавал оружие всяким подозрительным группировкам. Он даже не придавал особого значения тому, что способствовал массовому истреблению живых людей. И вот в первом фильме о Железном человеке мы как раз видим, как происходит осознание, раскаяние и трансформация героя. Это же вполне универсальная история. Или, скажем, возьмите Тора – он носит красный плащ, размахивает молотом и вообще рожден на другой планете. Но при этом ему не чужда вполне человеческая надменность, у него серьезно раздуто эго, он конфликтует со своими братом и с отцом… Таким образом даже супергеройская история про богов сводится к семейным разборкам. Так что со всеми персонажами вселенной Marvel нам очень легко сопоставить самих себя, пусть они сколько угодно летают на паутинах или вырастают в огромных зеленых монстров.
«БК»: К слову о зеленом монстре… Что в итоге произошло с Халком и почему он вдруг перестал мочить всех подряд и стал «драться за наших»?
ФАЙГИ: Ну, Халк никогда не был обычным монстром, который надувается до нужных размеров и принимается давить всех вокруг. Теоретически он всегда обладал способностью направлять эту энергию, это свою непомерную силу, в нужное русло. Просто не всегда это получается – ведь процесс сопровождается постоянной внутренней борьбой. Даже Брюс Бэннер не всегда уверен, что нужно делать и как совладать с этой мощью, которая раздирает его изнутри. Но в итоге он осознает, что мир в опасности, его друзья тоже, и надо как-то мобилизоваться, потому что без Халка все-таки «Мстителям» трудновато. Хотя иногда монстр все равно прорывается наружу. Если помните, в фильме есть сцена, в которой Халк с Тором долго и вдохновенно «мочат» неприятеля, а потом, когда все вокруг повержены, Халк заодно дает под дых Тору и тот прямо вылетает из кадра. По-моему, это гениально – Джосс Уидон тут убил двух зайцев: и показал, что Халк еще не в «идеальной форме», и зрителя от души насмешил.
«БК»: В нашей стране дистрибьютор WDSSPR позиционирует МСТИТЕЛЕЙ, скорее, как научно-фантастический экшн, чем как кинокомикс…
ФАЙГИ: И это очень правильно. Особенно в свете того, что вы говорили выше: российская публика не очень любит комиксы, но очень любит научную фантастику. Но я вот что еще хотел бы отметить… Я работаю в Marvel 12 лет, и могу утверждать наверняка, что определение «кинокомикса» за эти самые 12 лет сильно изменилось. В мире существует много фильмов, в основе которых лежит литературный первоисточник. И вопрос «любите ли вы фильмы, снятые по романам?» наверняка вызовет недоумение. Ведь все зависит от того, какой роман! Но почему-то кинокомиксы испокон веков привыкли выделять в отдельный жанр, хотя такого жанра как, например, «экранизация романа» не существует. Комиксы вообще-то все очень разные. И истории в них гораздо сложнее, чем кажутся на первый взгляд. Да, когда-то их печатали на бумаге определенного вида, при использовании привычного набора цветов, и во всех них непременно были герои с суперспособностями. Но те времена уже давно прошли. И комиксы, как и фильмы, на них основанные, выросли из коротких штанишек. Поэтому, я считаю, позиционировать МСТИТЕЛЕЙ как научно-фантастический экшн – это очень грамотное решение, даже в контексте системы жанров. Очевидно, российский прокатчик преследует другие цели, не делая упор на «комиксовость» МСТИТЕЛЕЙ. Но это никак не противоречит самой идее первоисточника. Я бы даже предложил такой принцип разделения понятий: кинокомикс – это стиль, а научно-фантастический боевик – это жанр. Все по-честному.
«БК»: В кульминации фильма, когда герои с упоением разносят в щепки центр Нью-Йорка, планета находится в серьезной опасности. Как думаете, почему люди так любят фильмы, в которых Земле грозит гибель? Чем объяснить эту иррациональную тягу к апокалиптическим историям?
ФАЙГИ: Людям вообще свойственно много думать о конце света. Никто не знает, что случится в ближайшем будущем. Мы можем сколько угодно планировать свою жизнь, но при этом где-то в самом уголке мозга у нас пульсирует мысль о том, что в любой момент на Землю может упасть метеорит или могут произойти еще какие-то внезапные изменения планетарного масштаба. И от этого, на самом-то деле, страшно. Но надо ведь с этими страхами как-то справляться? Поэтому, мне кажется, постоянная потребность представлять себе самый худший исход несет в себе некий терапевтический эффект. Впрочем, людям интересно представлять не только то, каким будет конец света, а еще и тех героев, которые попытаются его предотвратить. И этим объясняется потребность аудитории в таких вот «Мстителях» – команде абсолютно разных персонажей, у каждого из которых свое происхождение и свои способности. При этом совсем не обязательно, что они ладят друг с другом, но в конечном итоге они объединяются и дают отпор агрессору. То есть Тор и Железный Человек могут сколько угодно драться в лесу, но когда приходит время объединяться против общего врага, они забывают о своих мелких распрях – мне кажется, это не самый худший месседж, который мы могли передать миру в наши дни.
«БК»: Планируете ли вы отдельный фильм о Черной Вдове? Она ведь русская, мы очень хотим узнать о ней побольше.
ФАЙГИ: Пока это только в теории, но я очень надеюсь, что у нас все получится! В комиксах есть отличные истории про Черную Вдову, из которых можно «сшить» увлекательное кино – главное доверить это правильному сценаристу и режиссеру. Мы сегодня гуляли по центру Москвы и уже морально готовились к тому, что когда-нибудь, в один прекрасный день, мы сюда вернемся и снимем спин-офф о Черной Вдове. Я, не поверите, уже даже начал локации присматривать. С этими МСТИТЕЛЯМИ не могу расслабиться ни на минуту (смеется).
