Как снимали фильм «Маяк»

Локации и специфика

Подготовка режиссера Роберта Эггерса к работе над МАЯКОМ началась с создания книги-справочника, в которой подробно описывается и раскрывается эстетика фильма с помощью произведений литературы, живописи, музыки и исторических документов, в том числе настоящих фотографий быта моряков Новой Англии в 1890-х годах. Во время исследовательской поездки в Северную Калифорнию вместе с оператором Джарином Блашке кинематографисты посетили построенный в 1909 году маяк Пойнт Кабрильо с функционирующей линзой Френеля. Благодаря высокой отражающей способности линзы ее свет виден на большом удалении. 

«Те вихревые световые узоры, которые вы видите на лице Паттинсона в фильме, имеют естественное происхождение. Линза Френеля просто заворожила нас, – говорит Эггерс. – Мы могли бы смотреть на этот свет всю ночь напролет».

За следующей порцией вдохновения Эггерс обратился к картинам Эндрю Уайета, художника-реалиста начала ХХ века, который рисовал пейзажи и быт жителей сельской Пенсильвании и Мэна. «Я уже обращался к Уайету ранее. Он изображает архетипичную Новую Англию», – говорит Эггерс. Режиссер также изучал работы художников-символистов конца XIX – начала ХХ века, в частности, Арнольда Беклина и Жана Делвиля, чьи аллегорические и мифические сюжеты повлияли на некоторые фантастические образы в фильме.

МАЯК сняли за 32 дня в марте и апреле 2018 года в южной части Новой Шотландии. Внешние съемки прошли на мысе Форчу, а внутренние – на съемочной площадке в окрестностях Галифакса. Холодные атлантические воды, сильные ветры и отсутствие защитной флоры в районе Форчу заставляли актеров и съемочную группу непрерывно сражаться с силами природы. «Место было сложное, погода стояла ужасная, и мы постоянно мерзли, – говорит Эггерс. – Однажды во время подготовки к постановке наш консультант по мореплаванию капитан Уильям Флауэр, хлопнув руками по столу, выдал зловещую фразу: «На мысе Форчу гибли люди!»»

Вдобавок к реальному шторму актерам пришлось дополнительно бороться с непогодой. «Это было тяжело для актеров, – рассказывает Эггерс. – Роль Роберта была более сложной в физическом плане, а роль Уиллема была насыщена текстом. На долю каждого из них выпал свой груз физических страданий. Нам всем досталось».

По истечении 32 дней основной работы Эггерс и сокращенный состав команды снимали дрессированных чаек для нескольких ключевых сцен фильма. «Я и понятия не имел, насколько они умны. Они одновременно выполняли целый ряд сложных действий, но работать с животными всегда сложно, – признается режиссер. – Я готов снова справиться с ужасной погодой, но с чайками и козами на важных ролях однозначно покончено».

Каждый объект в фильме, который зритель видит на экране, был возведен с нуля художником-постановщиком Крэйгом Лэтропом и его командой. Чтобы вдохнуть жизнь в главное сооружение фильма, они построили станцию маяка в натуральную величину. «Мы приложили максимум усилий, чтобы придать всем нашим зданиям канонический вид Новой Англии. Так, стиль нашего маяка является точным отражением построенной на рубеже веков станции в штате Мэн, – говорит Эггерс. – Тем не менее, как и в случае с ВЕДЬМОЙ, я хотел, чтобы кадры выглядели, как история, произошедшая «давным-давно», в каком-то изолированном и пустынном месте, почти как на картинке из книжки».

Комплекс маяков, который дальним планом показан в одной из первых сцен фильма, на самом деле представлял собой несколько комплектов декораций, построенных в разных местах. Сцены для всех внешних съемок были обустроены в канадском рыбацком поселке на мысе Форчу. Некоторые внутренние сцены были отсняты там же, но большинство имели место на специально построенных площадках внутри звуковых павильонов и складов за пределами Галифакса. Еще на этапе планирования Эггерсу и Лэтропу было ясно, что башня маяка слишком тесна для маневрирования с камерой, что побудило Лэтропа выстроить декорации в звуковых павильонах.

Внешним съемкам предшествовал инженерный подвиг строительной бригады, воздвигнувшей двадцатиметровую башню, которая посреди зимы могла бы противостоять ураганным ветрам со скоростью до 33 метров в секунду. «В марте мы начали съемки в глуши Новой Шотландии, – говорит Лэтроп. – Мы хотели успеть отснять в межсезонье, когда зима уже закончилась, а весна еще не началась, и природа пребывала в состоянии покоя – а это значит, что стройка пришлась на самый разгар зимы».

В процессе строительства маяка команде пришлось временно прервать работы из-за шторма, когда на сооружение начали попадать брызги морской воды, заковав его в лед. Норд-осты трижды прошли через мыс Форчу на разных этапах производства, но маяк выстоял. «Наш маяк в фильме светил намного ярче, чем керосиновая горелка конца XIX века, – говорит Эггерс, – так что у нас был действующий маяк, который было видно за 25 километров».

За точным и живым воссозданием визуального стиля фильма Эггерс вновь обратился к оператору Джарину Блашке, снявшему ВЕДЬМУ в незабываемых темных, мрачных тонах. «Поражающий воображение» – эта фраза стала ключевой для эстетики картины: черно-белый фильм на пленке «Double X» остался в центре замысла создателей МАЯКА.

Они выбрали формат изображения 1,19:1 – почти квадратный экран, который использовался на заре звукового кино такими кинематографистами, как Фриц Ланг и Георг Вильгельм Пабст. Блашке, опытный оператор, уже умел снимать в квадратном формате.

«Пространство в этом фильме должно казаться замкнутым – в отличие от ВЕДЬМЫ, это скорее фильм крупных планов, который давал замечательную возможность показать на экране невероятные лица Роберта Паттинсона и Уиллема Дефо, – говорит Блашке. – Идея широкоэкранного соотношения зародилась только в 1950-х годах, а мы хотели отвести зрителя дальше в глубину эпох».

Блашке снимал фильм на камеру Panavision Millennium XL2, дополнив ее старинными объективами Baltar, разработанными в 1930-х годах и обладающими множеством уникальных характеристик. «Если окна хорошо освещены, то они будто сияют, – говорит Блашке. – Небо более ясное, вода сверкает сильнее, а тон кожи сглаживается». Чтобы усовершенствовать  изображение и сделать его похожим на первые фильмы, Блашке использовал голубой фильтр собственного изобретения, изготовленный фирмой Schneider Filters и имитирующий внешний вид ортохроматической пленки конца XIX века. «Я пытался получить особую текстуру, как у кинопленки, которой мы не видели вот уже 100 лет», – говорит Блашке.

Центральное место в запоминающемся звуковом оформлении МАЯКА занимает вой береговой сирены, слышимый с первых минут фильма и задающий тон предстоящему зловещему и беспощадному испытанию. Поиск подходящего звука был важнейшей задачей для Эггерса и звукорежиссера Дэмиэна Волпа.

«Сирена должна сводить зрителей с ума во время просмотра, – говорит Эггерс. – Кроме того, персонажу Дефо приходится много говорить, и большую часть фильма на экране бушует шторм. Нам нужно было сохранить хрупкий баланс в звуковом оформлении, потому что, с одной стороны, мы не хотели, чтобы зрители потеряли сюжетную нить или ушли из кинозала из-за сенсорной перегрузки, но, с другой стороны, в отсутствие эффективной звуковой картины фильм вообще не работает».

Для получения исторически точного образца сирены Волп обратился к Дж. Дж. Джеймисону, специалисту из Шетланда, Шотландия, который публикует на YouTube учебные пособия по эксплуатации и содержанию морских горнов. Используя записи Джеймисона, Волп обработал звук и добился зловещего, запоминающегося и уникального воя сирены для фильма.

Для создания других звуковых эффектов в фильме, включая крики чаек, грохот промышленного оборудования, звуки осадков, шум грома и ветра, плеск волн, скрип деревянных полов, тиканье часов, шипение пара, метеоризм и шаги по мокрым камням, Волп сделал полевые записи возле своего дома в Нью-Йорке. Он также посетил маяк на Кейп-Коде, записывая звук шагов и окружающей среды, и вырыл могилу, чтобы запечатлеть звук ссыпающейся обратно в яму земли. Наконец, он поместил крошечные микрофоны в раковины моллюсков, чтобы уловить диссонирующие шумы ветра и моря, которые присутствуют на звуковом ландшафте МАЯКА в каждом кадре.

Еще больше интересного в нашем официальном канале в Telegram

Мы на Яндекс.Дзене


17.05.2020 Автор: Артур Чачелов

Источник: UPI

Самое читаемое

«Довод» − единственный неазиатский проект в пятерке международного топа

Международная касса: аниме «Клинок, рассекающий демонов» поставило новый рекорд в Японии

Подробнее
Компания не смогла найти инвестора или покупателя на свои активы

Сервис коротких видео Quibi закрывается

Подробнее
Весь пьедестал должны занять новинки!

Прогноз кассовых сборов России на уикенде 22–25 октября

Подробнее
Ни одна из новинок не попала в первую пятерку

Предварительная касса уикенда: на седьмой неделе проката «Довод» вновь первый

Подробнее
Я зарегистрирован на Портале Поставщиков Top.Mail.Ru {C}