top banner

Денис Шабаев: «Жизнь героев настолько разнообразна, что я не успевал снимать все»

Автор: Максим Туула

10 июня 2016

Режиссер, автор сценария, оператор фильма «Чужая работа» о своем проекте-участнике «Кинотавра»

ЧУЖАЯ РАБОТА, снятая выпускником Школы Марины Разбежкиной Денисом Шабаевым, отметилась уже не на одном фестивале (включая московский «Артдокфест») и получила важные призы в Нионе и Висбадене. В течение года камера режиссера пристально следит за жизнью семьи таджикских мигрантов в Москве и с поразительной гибкостью реагирует на все события их жизни, ни разу не теряя ни фокуса, ни ритма, ни близкой дистанции. ЧУЖАЯ РАБОТА использует минимальные средства, но при этом обладает достоинством, с лихвой компенсирующим недостаток ресурсов – мастерством режиссера, сумевшего справиться со всеми вызовами, какие могли ему бросить съемки документального кино.

События в ЧУЖОЙ РАБОТЕ происходят настолько неожиданно, что вряд ли можно было предвидеть, каким образом будет складываться сюжет. Как с течением времени эволюционировал фильм?

Сохранилась только первоначальная идея – близко сосуществовать с мигрантами и быть «внутри» их жизни и в Душанбе, и в Москве. Первый сценарий был о других героях, но у мигрантов все меняется быстро – тех, о ком я писал, депортировали, и я стал искать новых людей с похожей судьбой. Несколько раз ездил в Таджикистан, где и встретил эту семью. У них хороший дом в самом центре Душанбе, рядом с президентским дворцом – а в Москве они поселились в вагончике на окраине. Я начал снимать молодого актера Фарруха и его семью, его маму и младшего брата. Наверное, в фильме мог быть и другой герой, но у Фарруха тогда был очень драматичный и драматургически насыщенный момент в жизни, поэтому именно он в итоге стал главным, но вовсе не потому, что актер. Съемки длились чуть больше года, но жизнь героев настолько разнообразна, что я просто не успевал снимать все события. Например, их дом снесли за одну ночь, и через два дня они построили его из обломков снова, но уже в другом месте. Так что в процессе сюжет постоянно трансформировался. Было, кстати, несколько других линий, за которыми я думал пойти, и даже начинал снимать, но по совету Марины Александровны Разбежкиной отказался. 

Вы говорите, что ездили несколько раз в Душанбе, но это же недешево, да и снимать там нелегко.

Это дорого, но что поделаешь. В Душанбе мне очень помогли, как ни странно, представители ФМС России. Мы привыкли относиться к ним как к коррупционерам и вообще «нехорошим» людям, но они оказались замечательными ребятами. Возможно, потому, что работают за пределами России, совсем в другой атмосфере. Один фэмээсник сказал мне, что после двух лет работы в Таджикистане у него больше не повернется язык назвать приезжих «чурками». Мне кажется, они были сами заинтересованы в том, чтобы получился откровенный, насколько возможно, фильм о мигрантах, во всяком случае сотрудники ФМС очень помогли мне с поиском будущих героев и разрешили снимать работу внутри представительства ФМС. А это редкая ситуация. 

Да, удивительно, что в прологе показаны реальные собеседования мигрантов с ФМС.

Такие собеседования – в принципе удивительная вещь: записываются на них чуть ли не за полгода и буквально за несколько минут этим таджикам нужно убедительно рассказать, как они любят Россию, чтобы получить возможность уехать. Я снимал эти собеседования две недели, и, наверное, из этого можно было бы сделать отдельный фильм.

Таджикская культура очень древняя, но эти люди в какой-то степени унижаются, приходя за разрешением поехать в Россию. Они испытывают при этом чувство униженной гордости или что-то в этом роде?

Для меня это тоже загадка. Помните случай в Питере, когда маленький мальчик погиб из-за действий милиции и маму депортировали с мертвым ребенком? Эта история совершенно чудовищная, но в Таджикистане практически никак не отреагировали. Так же и с ФМС – думаю, что таджики не воспринимают эти собеседования как унижение. На мой взгляд, они никак не отделяют себя от России, они еще живут и мыслят себя в категориях Советского Союза. В России их воспринимают как приезжих, «черных», не важно, откуда они, а для них мы по-прежнему близки. Несмотря на древнюю культуру, их не оскорбляет и то положение, в котором они оказываются, приезжая сюда. Если кому-то удается закрепиться в России, то на родине его считают успешным, уважаемым человеком. В кишлаках показывают дома тех, кто живет в России, – и это действительно солидные по местным меркам здания. В Таджикистане жизнь и вправду тяжелая, коррупция невероятная, активно наступает ислам. Мало кто знает, что на юге страны нередко поднимаются черные флаги ИГИЛ, но в абсолютно коррумпированном авторитарном государстве исламский фундаментализм – это форма борьбы за свободу, другой просто нет. В стране при этом есть деньги, но только у какой-то малой части населения. В Душанбе сейчас даже происходит строительный бум, возводят много высотных зданий – не знаю, почему, наверное, выгодное денежное вложение. Но, что любопытно, работают на стройках не таджики, а китайцы. Есть кишлаки, в которых остались одни женщины, множество детей, один-два старика, а мужчины все уехали в Россию. Женщины сами ведут хозяйство, работают в поле, научились уже справляться и без мужей. Это тоже интересная тема для кино. Все о ней думаю. 

Но в Москве же таджики существуют немного отдельно от российского социума.

Не совсем. Они пытаются интегрироваться. Те, кто получил образование в советское время и жил в больших городах, приспосабливаются гораздо лучше, чем те, кто жил в горах. Или посмотрите на детей: их отдают в те же самые школы, что и русских. Младший брат Фарруха учится в русской школе и говорит больше по-русски, чем по-таджикски. Они как раз готовы интегрироваться в российское общество, проблема скорее в нас.

Герои много говорят между собой по-русски – это они реагируют на камеру или действительно часто используют русский язык?

Это тоже одна из сторон подсознательной интеграции. Я пытался понять, в какие моменты они переходят с таджикского на русский, они, по-моему, сами этого не замечают: вроде бы и разговоры те же самые, в том числе на личные темы, но герои вдруг начинают говорить по-русски. Возможно, по-русски иногда удается что-то передать точнее. Влияет и окружение: семья Фарруха живет в дачном поселке, где их в основном окружают русскоязычные соседи.

Сколько потребовалось времени на то, чтобы семья подпустила камеру так близко? Вы же присутствуете даже при самых личных разговорах.
Сначала было тяжело: они все время накрывали стол, угощали, старались всячески порадовать гостя – и не пускали дальше. Я не намеревался записывать прямые интервью, но в первые недели пришлось отработать их представления о документальном фильме. Они, например, пытались все время что-то рассказать про свою жизнь, комментировать ее, а я все это снимал. Через какое-то время Фарруху это надоело, и он стал забывать о камере. Самый большой перелом, наверное, случился, когда его посадили в тюрьму. Я стал членом семьи: ездил с ним на суды, возил их на машине, переживал горе рядом. Постепенно они привыкли к человеку с камерой как к неотъемлемой части жизни. Хотелось бы верить, что Фарруху фильм окажется полезен – он все-таки мечтает стать актером, скоро собирается вернуться и поступить в театральное училище. Фаррух – везучий парень, надеюсь, так будет и дальше. 

Самое читаемое

Контент как «новая нефть»: отношения между игроками рынка после ухода Голливуда
Подробнее
Фонд кино провел очную защиту фильмов компаний, не являющихся лидерами производства (часть вторая)
Подробнее
Фонд кино провел очную защиту фильмов компаний, не являющихся лидерами производства (часть первая)
Подробнее
Cреди ясного неба: Перспективы российских кинокомиксов
Подробнее
Продюсерская компания «Яр&Ко» займется экранизациями сказок Корнея Чуковского
Подробнее
Обзор изменений графика релизов на неделе 3–9 июня 2024 года
Подробнее
Летняя тень: какое влияние пиратский Голливуд может оказать на российский прокат
Подробнее
Предварительная касса уикенда: «Непослушники» в упорной борьбе вырывают победу
Подробнее
Касса России: «Непослушники» возглавили прокат
Подробнее
Стали известны ведущие грядущей премии АПКиТ
Подробнее
Касса четверга: «Непослушники» стартовали со второго места
Подробнее
Софья Митрофанова назначена на должность генерального директора «МТС Медиа»
Подробнее
Елена Бальмонт покидает пост генерального директора «МТС Медиа»
Подробнее
Александр Сокуров откроет свою мастерскую в Армении
Подробнее
«Кинопоиск» оштрафовали на 1,5 млн рублей из-за сериала «Супергерл»
Подробнее
В рамках ПМЭФ состоялась сессия о работе российской анимации за рубежом
Подробнее
На ПМЭФ обсудили развитие отечественных стриминговых платформ
Подробнее
Обзор новинок проката на уикенде 13–16 июня 2024 года
Подробнее
Режиссер «В поисках Немо» сделает новую «Историю игрушек»
Подробнее
На ПМЭФ состоялась дискуссия о кинодистрибуции в страны БРИКС
Подробнее