Гевонд Андреасян: «Мы не снимаем кино наугад и не просто воплощаем собственные фантазии, а реализуем системный подход к производству, где каждый шаг продуман наперед»

Продюсер оценил перспективы сказочного жанра в российском прокате и вывел основные принципы работы Кинокомпании братьев Андреасян

В этом году Кинокомпания братьев Андреасян (КБА) выпустила в прокат два своих самых кассовых фильма – ПРОСТОКВАШИНО и СКАЗКУ О ЦАРЕ САЛТАНЕ, заработавших 2,432 млрд и 2,099 млрд рублей соответственно. Оба проекта привлекли в кинотеатры по 5 млн зрителей. Причем СКАЗКА стала единственным российским релизом в этом году, чья касса превысила 2 млрд рублей за пределами новогодних праздников. Обе картины созданы в партнерстве с телеканалом ТНТ. Недавно стало известно, что компании запустили съемочный процесс новой экранизации произведения А.С.Пушкина, СКАЗКИ О СПЯЩЕЙ ЦАРЕВНЕ И СЕМИ БОГАТЫРЯХ, и третьего фильма о приключениях Дяди Федора, кота Матроскина и пса Шарика, КАНИКУЛЫ В ПРОСТОКВАШИНО. Сиквел франшизы запланирован к выходу на 17 декабря и готовится принять участие в «новогодней битве». А в состоявшейся на прошлом уикенде «октябрьской битве» за внимание семейной аудитории на школьных каникулах принял участие еще один фэнтези-проект КБА, СКАЗКА О ПОТЕРЯННОМ ВРЕМЕНИ. Продюсер Гевонд Андреасян оценил конкуренцию трех блокбастеров на одной дате, перспективы сказочного жанра в российском прокате и вывел основные принципы работы Кинокомпании братьев Андреасян.

Как вы оцениваете прокат в кинотеатрах СКАЗКИ О ПОТЕРЯННОМ ВРЕМЕНИ? Считаете ли этот фильм конкурентом ЧУДУ-ЮДУ и МОРОЗКО или жанр городского фэнтези на основе советского IP все же привлекает другую аудиторию?

Мы довольны сборами: эксперты прогнозировали фильму итоговые 200 миллионов рублей, а он уже идет на 400 миллионов. И в первый уикенд нам давали 50 миллионов, а мы собрали больше ста. Разумеется, все мы конкурируем за внимание зрителя. Но, на мой взгляд, коллеги допустили ошибки в позиционировании. Например, МОРОЗКО предлагало зимнюю историю осенью, когда еще не хочется всего этого снега. А ЧУДО-ЮДО попыталось соединить тему подросткового бунта и любви в сказочном мире. Мы же четко понимали, для кого снимаем картину, что предлагаем аудитории и как это позиционировать. В результате довольны все партнеры – и ТНТ, и Киностудия Горького, да и мы сами. Бюджет проекта позволяет ему быть прибыльным при прогнозируемых сборах. Зрителя не волнует, кто потратил на фильм миллиард, а кто – 250 миллионов. Он хочет увидеть большой бренд, зрелищное кино, которое отвечает его интересам. Основная аудитория СКАЗКИ – школьники. В ней есть элементы, рассчитанные в том числе на образовательное восприятие: картину рекомендуют к просмотру родители и учителя, и мы уже ощущаем этот эффект.

Почему, как вам кажется, не удалось повторить результат прошлогодней «октябрьской битвы», когда две фэнтези-картины, рассчитанные на семейную аудиторию, на старте заработали одновременно свыше 300 миллионов рублей? Дело в недостаточно охватной рекламной кампании? Зритель действительно устал от сказочного жанра? Или три фэнтези-проекта все-таки забрали друг у друга аудиторию?

Зритель не устал от сказок. И я не думаю, что сказочный бум когда-нибудь закончится. Это наша культурная ДНК, наш фольклор, на котором растут дети, на котором выросли мы и наши родители. Поэтому жанр никуда не исчезнет. Другое дело, что зритель становится избирательнее. Сегодня производится огромный поток ненужного контента, а аудитория будет выбирать качественное кино. Так вскоре исчезнет то, чего не должно быть. Но семейное кино всегда будет востребовано, потому что есть как летние, так и осенние, весенние, зимние, майские каникулы, и родители должны куда-то водить своих детей.

За последнее время Кинокомпания братьев Андреасян приступила к съемкам двух фэнтези – СКАЗКА О СПЯЩЕЙ ЦАРЕВНЕ И СЕМИ БОГАТЫРЯХ и КАНИКУЛЫ В ПРОСТОКВАШИНО. Эти картины выйдут в 2027-2028 годах. Как вы думаете, как будут зрители воспринимать сказки в ближайшие два года? Чем вы объясняете более низкие, чем ожидалось, результаты фильмов ПОСЛЕДНИЙ БОГАТЫРЬ. КОЛОБОК, КАК ИВАН В СКАЗКУ ПОПАЛ, ЧУДО-ЮДО и МОРОЗКО?

Сказки, которые мы снимаем – высокобюджетные проекты, основанные на очень крупных брендах. Поэтому у меня нет опасений, что они не сработают. Возможно, какие-то фильмы соберут чуть меньше, какие-то – чуть больше. Мы относимся к этому спокойно: такие риски изначально заложены в наш бизнес. При этом мы стараемся добиться максимального результата от каждого проекта.

Если говорить о других сказках, то сегодня заметна усталость от продолжений. ПОСЛЕДНИЙ БОГАТЫРЬ. КОЛОБОК – часть франшизы. Коллеги рискнули выпустить фильм летом, и я не считаю его сборы плохими. Для летнего релиза и для франшизы ПОСЛЕДНИЙ БОГАТЫРЬ это хороший результат. То же самое касается ХОЛОПА 3. Я смотрел картину, и у меня нет к ней вопросов, но, думаю, накопилась усталость от самой франшизы. А у фильма КАК ИВАН В СКАЗКУ ПОПАЛ изначально не было узнаваемого IP: это просто история о русских сказках. Полагаю, что причины низких сборов кроются где-то здесь. В осенние каникулы вышли СКАЗКА О ПОТЕРЯННОМ ВРЕМЕНИ, ЧУДО-ЮДО и МОРОЗКО. С рекламой у всех трех проектов все было хорошо, но вновь встает вопрос силы IP.

Какой будет СКАЗКА О СПЯЩЕЙ ЦАРЕВНЕ – близкой к оригиналу экранизацией поэмы или более вольной адаптацией? Какой опыт работы над СКАЗКОЙ О ЦАРЕ САЛТАНЕ оказался наиболее полезным для нового проекта?

СКАЗКА О СПЯЩЕЙ ЦАРЕВНЕ будет очень масштабной и предложит новый взгляд на экранизацию сказок Пушкина. Мы ориентируемся на СКАЗКУ О ЦАРЕ САЛТАНЕ, из производства которой извлекли немало уроков. Новый проект будет совершенно другого уровня: профессионализм нашей команды достиг принципиально иного качества. Это будет не просто очередная сказка, а большой блокбастер. Даже по опубликованным фотографиям со съемочной площадки видно, насколько фильм отличается от сказок, которые сейчас производятся. Когда появятся видеоматериалы, думаю, никаких сомнений не останется. Конечно, мы позволили себе некоторые вольности, необходимые для масштаба и зрелищности. Но все они остаются в рамках произведения Пушкина: никакой отсебятины мы не разрешали.

Если вернуться к третьей части ПРОСТОКВАШИНО, насколько экономически оправдан подход, когда вы работаете над продолжением, не дождавшись выхода предыдущей части? Коснется ли КАНИКУЛ отмеченный вами тренд падения интереса к продолжениям, как вы думаете?

Мы с самого начала планировали три фильма. Именно поэтому построили на территории в 50 гектаров целую деревню Простоквашино. Если бы речь шла об одной картине, этого не делали бы: дешевле было бы создать декорации с помощью графики и снимать в павильонах. Мы понимали, на что идем, и были уверены в успехе. В бизнес-план первой части были заложены сборы в 1,5 миллиарда рублей, а проект заработал 2,5 миллиарда. Это прекрасный результат, но не случайность: мы изначально рассчитывали на успех. Я уверен, что две следующие части тоже отлично сработают. Из всех частей самая вольная – третья. Она гомерически смешная, при этом мы полностью сохранили дух и юмор Успенского. И это самый масштабный фильм франшизы.

Первая часть широко обсуждалась в сети. Были ли вам полезны комментарии как коллег, так и рядовых зрителей? Что вы изменили, работая над вторым и третьим фильмами?

Мы заранее получаем обратную связь на просмотрах для фокус-групп, поэтому нам не нужно ждать комментариев после премьеры. Еще до выхода фильма мы понимаем, чего зритель от него ждет и что следует улучшить, если в этом есть необходимость. Мы не снимаем кино наугад и не просто воплощаем собственные фантазии, а реализуем системный подход к производству, где каждый шаг продуман наперед.

О фильме ЗИМА В ПРОСТОКВАШИНО говорят как об участнике «новогодней битвы 2026-2027», однако картина выйдет не в сам Новый год, а 17 декабря. Какие преимущества этой даты вы видите? Запущена ли уже рекламная кампания? Будет ли она отличаться от прошлогодней?

Мы изначально планировали выпустить ЗИМУ В ПРОСТОКВАШИНО 17 декабря. Это самый новогодний фильм, и мы считаем, что именно с него нужно начинать празднование Нового года. Все мы знаем, что готовиться к празднику люди начинают уже в середине декабря. На этом и строится наша маркетинговая кампания: Новый год начинается в Простоквашино. Продвижение стартовало еще во время чемпионата мира по футболу благодаря ресурсам «Газпром-Медиа». Проблем с рекламой не будет: мы предусмотрели бюджет, сопоставимый со стоимостью продвижения первой части. У меня нет сомнений в перспективах картины.

В целом, если посмотреть на пакет КБА, создается впечатление, что именно в сегменте полнометражного кино вы больше сосредоточены на семейной аудитории: ПРОСТОКВАШИНО, сказки Пушкина, КРОКОДИЛ ПЕТРОВИЧ, СКАЗКА О ПОТЕРЯННОМ ВРЕМЕНИ, ДОМОВЕНОК КУЗЯ. Насколько это впечатление верно? Это осознанная «специализация»? В процентном соотношении сколько у вас фильмов для всей семьи, а сколько ориентированных в большей степени на аудиторию постарше (ВОЙНА И МИР, КОСТОМАРОВ)?

Около 60 процентов нашего годового производства мы сознательно отводим семейному контенту. Но и о других направлениях не забываем. В последние годы вышли НА СОЛНЦЕ, ВДОЛЬ РЯДОВ КУКУРУЗЫ; ВОЙНА И МУЗЫКА, ОНЕГИН и другие картины. Это крупные проекты, которые оправдали наши ожидания и принесли результат. Поэтому мы и дальше будем ежегодно выпускать фильмы для взрослой аудитории. В планах – КОСТОМАРОВ, МИХАИЛ КРУГ, 12 СТУЛЬЕВ.

Раз уж вы упомянули байопик о Михаиле Круге, скажите, видите ли вы перспективы у музыкальных байопиков отечественного производства в прокате? Если даже сиквел картины о группе «Руки вверх!» не смог привлечь большую аудиторию, сможет ли это сделать лента о Михаиле Круге?

Сценарий к фильму о Михаиле Круге сейчас пишется, авторы работают, встречаются с родственниками исполнителя. Я считаю, что картина может принести очень большую кассу. При этом не хотел бы, чтобы вторая часть РУКИ ВВЕРХ! воспринималась как показатель перспектив всего жанра. На мой взгляд, это необязательное продолжение. При всем уважении к группе «Руки вверх!» это не Майкл Джексон, и ее участники, к счастью, живы и здоровы. Я считаю, что сиквел вообще не следовало снимать. Первый фильм добился феноменального успеха. А сборы продолжения не означают, что зрителю не нужны музыкальные байопики. Михаил Круг и его музыка – культовое явление последних двадцати с лишним лет. В успехе этой картины я не сомневаюсь.

Вернемся к семейному кино. Вы как-то говорили, что советское наследие в виде мультфильмов и в целом детской прозы – неиссякаемый источник для работы современных кинематографистов. До сих пор ли вы так считаете? На данный момент у вас непоказанным из этого пакета остался только ВОВКА В ТРИДЕВЯТОМ ЦАРСТВЕ. Эта шкатулка закрылась или вы еще не готовы обнародовать будущие проекты оттуда?

Я считаю, что литература, советские мультфильмы и сказки могут оставаться актуальными очень долго. В Америке каждые десять лет возвращаются к знакомым историям, и это никого не удивляет. Но наши фильмы я все же не считаю ремейками. Их основа – книги. Мы экранизируем произведения, а не повторяем уже существующие картины. ПРОСТОКВАШИНО – это осознанное решение оставить все в мире Советского Союза, в мире тех трех частей анимационного ПРОСТОКВАШИНО. Мы заключили договор с «Союзмультфильмом». Остальные проекты основаны на книгах. Даже в фильмах о Простоквашино есть эпизоды, которых не было в мультфильме «Трое из Простоквашино»: мы взяли их из книги. Уверен, что такие истории будут жить долго. Но их нужно качественно воплощать на экране. Сегодня слишком много слабых проектов – созданных с помощью ИИ, снятых халтурно, за семь-десять смен. Я считаю, что от такого подхода нужно отказываться. Не стоит одной компании выпускать двадцать сказок. Лучше сделать три, но качественно: масштабно, с сильным сценарием и хорошей графикой. Я пока не верю в использование ИИ для создания крупных кинотеатральных проектов. Вероятно, его можно сочетать с компьютерной графикой, но сейчас результат часто выглядит неубедительно. Такой контент отталкивает зрителя и снижает его желание ходить в кино.

Что касается ВОВКИ В ТРИДЕВЯТОМ ЦАРСТВЕ, то мы снимаем очень масштабный, яркий фильм с полноценным сказочным миром. Думаю, скоро объявим о завершении съемок. Этот проект многих удивит. Мы уже провели большие фокус-группы и понимаем потенциал его IP. И еще раз подчеркну: это экранизация книги, а не ремейк советского мультфильма. Невозможно превратить двадцатиминутную анимацию в двухчасовое кино. Мы берем литературную основу и создаем на ее базе полнометражный фильм.

Вы упомянули искусственный интеллект. Как вы в целом используете его при создании картин? Приведите, пожалуйста, примеры из последних проектов.

Мы используем ИИ только на подготовительном этапе – для раскадровок и предварительной визуализации сцен для команды, например, оператору или каскадерам. Это просто демонстрация того, как режиссер видит сцену, и не имеет никакого отношения к самим съемкам. Меня беспокоит, когда фильм целиком создают с помощью ИИ, а затем выпускают в кинотеатрах. Я считаю, что у таких проектов должна быть отдельная рекламная коммуникация с прямым указанием на использование генеративных технологий. Зритель должен понимать, что именно ему предлагают смотреть. Мы рискуем уничтожить кинематограф, если начнем выпускать в прокат все подряд. Люди запутались, они не понимают, как одно отличается от другого. Мне не нравится, когда под каждым постом о кинокартинах пишут: «Да это снято ИИ!» Мы так добьемся того, что зритель перестанет различать снятое и сгенерированное кино. Нужно что-то с этим делать, причем на законодательном уровне.

В течение года БК Медиа не раз получал комментарии от кинотеатров и продюсеров о том, что нашему прокату не хватает не просто жанрового разнообразия, а именно фильмов для взрослой аудитории. Согласны ли вы с этим? Будет ли КБА решать эту проблему и расширять свою линейку «взрослого» кино или это останется территорией сериалов?

Это нормальное желание кинотеатров, но я считаю, что такие эксперименты должны осуществлять компании, получающие госфинансирование. Они могут это себе позволить. Потому что в случае провала в прокате они теряют не свои деньги и не деньги партнеров-инвесторов, а государственные субсидии, выделяемые для того, чтобы студии пытались создавать тот или иной продукт, который, дай бог, приведет зрителей в кино. Мы же выбираем однозначно популярные бренды, чтобы не ошибиться. Для нас провал в прокате равен банкротству. Такой проблемы нет у компаний, которые получают государственные деньги. Они могут терпеть неудачу за неудачей – в этом случае они просто еще получат денег.

Вы уже доказали не раз, что крупное коммерческое кино в России можно производить без государственной поддержки. При этом бюджеты и масштаб проектов постоянно растут. За счет чего удается сохранять финансовую устойчивость? Существует ли предел бюджета, который вы готовы рискнуть вложить в один фильм?

Дело не в том, что государство предлагает нам деньги, а мы отказываемся. Пару раз мы подавали заявки на господдержку, но я быстро понял, что финансирование нам предоставлять не собираются, и перестал обращаться. Так продолжается уже больше десяти лет. Здесь нет никакого героизма. Поэтому мы действуем иначе: тщательно просчитываем и стараемся адекватно прогнозировать результаты. Мы не занимаемся самообманом, а досконально анализируем, над чем будем работать, что собираемся снимать, для кого мы это делаем, сколько будем в это вкладывать. И я уверен, что наши дела будут идти адекватно, пока мы сами адекватны. Я всегда говорил и буду говорить: зритель всегда прав. Именно он создает инвестиционный фон. Если фильм заходит, значит, направление работает, можно туда вкладываться.

При этом у вас мощнейшие партнеры: ТНТ и «Газпром-Медиа», «Атмосфера Кино», Киностудия Горького. Как сегодня устроено это взаимодействие? Насколько глубоко партнеры вовлечены в творческие и производственные решения, какие новые возможности дают вам эти союзы?

Создавая большие проекты, мы рискуем. И можем себе это позволить только потому, что не сомневаемся в наших партнерах. Нашу жизнь очень сильно изменила Тина Канделаки, когда сказала, что не встречала более работоспособных и трудолюбивых людей и что наши усилия не могут не привести к успеху. В «Атмосфере Кино» работают такие же трудолюбивые люди. И поэтому наше сотрудничество эффективно: мы слышим друг друга и понимаем, что делаем. Я искренне благодарен «Газпром-Медиа», ТНТ и «Атмосфере Кино».

С Киностудией Горького мы сейчас делаем несколько проектов. ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЖЕЛТОГО ЧЕМОДАНЧИКА стали успешными и для нас, и для студии. Сейчас вышла СКАЗКА О ПОТЕРЯННОМ ВРЕМЕНИ – наша вторая совместная картина, которая тоже будет прибыльной. Затем в прокате появится ВОЙНА И МИР. Наш успех кроется в том, что в первую очередь мы думаем о партнерах, и только потом – о себе. Партнеры должны зарабатывать и сохранять доверие к нам. Это моя философия. Такой я пока не видел ни у кого в кинематографическом бизнес-коллективе, все пытаются хорошо сделать в первую очередь себе.

И, конечно, в разговоре о партнерах я не могу не сказать о человеке, без которого в принципе всего бы этого не получилось. Это Сарик Андреасян. Абсолютный мозг, выдающийся талант, человек, на сто процентов понимающий, что делает. Он организует все эти съемочные процессы, когда на площадке находится тысяча человек и все работают как часы. При всей любви к каждому в нашей компании скажу, что в самом сердце этого большого успеха стоит Сарик со своим трудолюбием. Мы все, люди с разными знаниями и талантами, собрались вокруг большого человека, который просто создает хит за хитом.

Что касается вовлеченности партнеров, то кино – это труд огромного коллектива. В этой индустрии все не строится на одном человеке. Все читают сценарии, озвучивают идеи, мы вместе обсуждаем проекты, принимаем кастинговые решения. На разных этапах показываем материалы, чтобы все были вовлечены в процесс. Мы работаем коллективно, учитывая знания и опыт всех партнеров. За производство же отвечает наша компания, и, надо отдать должное коллегам, никто в этот процесс не вмешивается.

Насколько ваша модель масштабируема? Что должно измениться в индустрии, чтобы появилось больше таких же независимых, при этом блокбастеропроизводящих компаний? Или ваша бизнес-модель сформировалась в условиях, которые уже невозможно воспроизвести?

Масштабировать бизнес можно. Вопрос – нужно ли? Я считаю, что мы уже дошли до пика загруженности дат, и если будем производить больше, то просто не останется хороших окон для наших фильмов. А я бы не хотел конкурировать сам с собой. Можно масштабироваться: собирать талантливые команды, находить адекватных режиссеров, которые будут принимать правила игры и понимать, что они не свою дипломную работу снимают, а кино для зрителя. Наверное, большее количество фильмов выгодно кинотеатрам. Но мы же видим, что сами себя пожираем, когда ставим картины рядом. Поэтому то число проектов, которое мы сейчас снимаем, адекватно рассчитанное. Мы понимаем, что именно столько сможем снять и реализовать в прокате.

Что касается нашей бизнес-модели, то мы уже почти двадцать лет на рынке. Мы так много шишек набили, так много камней повидали на своем пути. В нашей биографии были разные страницы: мы и падали, и вставали, и были на грани краха. Поэтому стать нами можно только опытным путем. Это только вопрос опыта и адекватности, иначе в этом бизнесе можно сойти с ума. Причем даже от успеха. Важно, чтобы этого не произошло. Для меня каждый проект – это новый экзамен, позволяющий искать новые пути.

Главным вашим релизом для взрослой аудитории из ближайших видится ВОЙНА И МИР. На какую составляющую этого четырехтомного романа вы делали акцент в своей версии? По материалам на презентации ТНТ показалось, что вы особенно выделили историю Наташи Ростовой. И как вы все уместили в один фильм?

ВОЙНА И МИР – наш самый дорогой фильм. Его бюджет достиг миллиарда рублей. Дороже мы пока ничего не снимали. Но я хочу напомнить, что в наших руках миллиард – это как 2,5 миллиарда у коллег. Масштаб ВОЙНЫ И МИРА абсолютно на другом уровне. Поверьте, мало что было похожего, и скоро в этом все убедятся. Думаю, на Кинорынке мы покажем какие-то материалы и всех удивим. Но уже сейчас стоит напомнить, что композитором картины выступает Игорь Крутой, а главную песню всего саундтрека исполняет Лара Фабиан.

В ВОЙНЕ И МИРЕ мы рассказываем всю историю целиком, не сосредоточиваясь исключительно на Наташе Ростовой и Андрее Болконском. Это полноценная экранизация, но с учетом современного зрительского восприятия: динамичная, яркая, с большим количеством экшна. Некоторые сюжетные линии мы обозначаем лишь кратко, но они могут быть раскрыты позже в режиссерской версии, которая может появиться на цифровых платформах. Но и в трехчасовом варианте зрители насладятся большим фильмом. Это миф, что в трех часах невозможно рассказать «Войну и мир». Вопрос только в темпоритме. Все возможно, и мы это докажем.

Что в работе над ВОЙНОЙ И МИРОМ оказалось самым серьезным вызовом? И как вы оцениваете коммерческие перспективы столь дорогостоящей литературной экранизации, рассчитанной в том числе на взрослую аудиторию?

Коммерческий потенциал ВОЙНЫ И МИРА мы оцениваем очень высоко. Я не люблю озвучивать цифры, но думаю, фильм способен привлечь в кинотеатры аудиторию МАСТЕРА И МАРГАРИТЫ. Для такой картины это реалистичный ориентир, и мы будем стремиться к нему.

Какой подход вы подобрали к экранизации 12 СТУЛЬЕВ? Это будет ремейк советской классики или новая адаптация?

Наши 12 СТУЛЬЕВ не будут иметь ничего общего с советскими фильмами. Повторю: мы экранизируем книгу. Мир, который нужен этой картине, сейчас только придумывается и разрабатывается, мы приступим к съемкам в следующем году. Поэтому я пока не готов рассказывать о проекте подробнее.

Вы уже пробовали создавать романтические комедии, но потом приняли решение сосредоточиться на крупнобюджетном кино и не снимать мало- или среднебюджетное. Почему в итоге вы решили войти в производство молодежных мелодрам по популярным романам («Спорим, тебе понравится?», «Обещаю, больно не будет» и «А если я тебя люблю?»)? Какие видите тут перспективы?

Мы отказались от романтических комедий, потому что зритель не идет на них в кинотеатры. Для него это платформенные фильмы. Поэтому зачем? У меня нет задачи победить зрителя. А покупка прав на три книги писательницы Даши Коэн – это чистый эксперимент. Летом мы начнем снимать, я хочу выпустить три фильма подряд с разницей в один месяц. Такой формат хорош и для кинотеатров, и для онлайн-платформ, потому что пока одна картина выходит, уже рекламируется новая часть. Я уверен, что эксперимент будет успешным. Но подчеркну: такую возможность экспериментировать нам дала однозначная победа мелодрамы ТВОЕ СЕРДЦЕ БУДЕТ РАЗБИТО продюсера Георгия Шабанова. Он открыл рынку пространство для новых, экономически обоснованных экспериментов. Мы увидели, что при соответствующих бюджетах такие проекты способны окупаться.

Помимо полнометражных фильмов, вы развиваете сериальные франшизы – «Манюню», «Жизнь по вызову», «Чикатило» и другие проекты. Как вы определяете момент, когда успешную историю пора завершать? Что для продюсера важнее – максимально использовать коммерческий потенциал франшизы или вовремя остановиться, сохранив интерес аудитории?

Сериалы – стабильный, но неприбыльный бизнес. Выпуск сериалов служит, как мы шутим, для поддержания штанов. Тем не менее мы не хотим терять это направление. Пока сократили количество проектов: производить ради производства нам неинтересно. Но при этом мы не бросаем свои хиты. Если зритель хочет видеть наши сериалы, мы будем их снимать. И все, что имеет зрительскую любовь, получит продолжение. Проекты, где мы чувствуем, что интерес угас и последний сезон уже ответил на все вопросы зрителей, мы закрываем. Так было с «Бедным олигархом», «Рестораном по понятиям». А вот «Манюню» зрители любят, и у последнего сезона «Манюня: Детство Ба» были рекордные цифры на платформе Okko. Почему бы в этом случае не снимать дальше?

В российской киноиндустрии немало молодых продюсеров, но далеко не всем удается перейти от производства отдельных проектов к созданию устойчивого бизнеса. Как вы считаете, чего им сегодня не хватает – предпринимательских навыков, доступа к финансированию или готовности рисковать? Готовы ли вы сами помогать появлению новых независимых игроков?

Я не верю в помощь молодым продюсерам, уж простите за прямоту. Начинающий продюсер должен сначала поработать с опытными коллегами, сделать очень много проектов, понять, как это работает, научиться всему и потом потихоньку прийти к тому, чтобы стать независимым продюсером. Дать кому-то возможность что-то снять, чтобы он заявил, что теперь продюсер, еще не значит ему помочь. За семнадцать лет на моих глазах появилось и исчезло столько продюсеров, что всех не вспомнить. Кто-то сразу хочет создать великое произведение. А я всегда говорю: сначала научитесь продюсировать самую простую историю – например, о том, как мальчик любит девочку, – и только потом беритесь за великое. До этого нужно дорасти. Я готов рассказывать о каждом своем следующем фильме, но не хочу всю жизнь обсуждать картину, снятую пятнадцать лет назад. Жизнь – это постоянное развитие. Каждый день нужно пытаться делать свое дело лучше. Невозможно десять лет обещать всем большой прорыв, ничего не предпринимая. Нужны опыт, практика и, повторю, адекватная оценка своих возможностей. Мне кажется, мало кто помогает дебютантам больше, чем мы. Мы делаем для них многое. Но одноразовая поддержка сама по себе не создаст большого продюсера. Большим продюсером человек должен стать сам.

В чем вы видите основную проблему киноиндустрии сейчас?

Проблему я вижу лишь в одном: в киноиндустрии нет четких правил игры. Это касается не только проката, но и онлайна, и телевидения, и госфинансирования, и всего прочего. Например, я до сих пор не понимаю, по каким критериям на то или иное кино выделяется господдержка. Бывает, что Фонд кино финансирует авторский проект, а минкульт – попсовый коммерческий фильм. У онлайн-платформ правила игры меняются каждые три месяца: то они покупают проекты, ориентируясь на кассовые сборы, то могут передумать. Мы не понимаем правил игры в отношении больших, средних и малых проектов. В онлайн-кинотеатрах выходит немыслимое количество сериалов в год, а «выстреливает» три-четыре хита. И это уже праздник. Поэтому пока не появятся прозрачные правила игры для индустрии (на что выделяются деньги, какие задачи стоят перед продюсерами и так далее), системных изменений не произойдет.

Фото: пресс-служба онлайн-кинотеатра КИОН