Татьяна Матвеева: «Пришло время сопоставлять, сколько денег вкладывается в проект и сколько он приносит»
Главный редактор ИРИ рассказала о том, как за пять лет изменились требования рынка к качеству сценария и какие жанры остаются актуальными вне времени
В мае несколько поддержанных Институтом развития интернета проектов получили признание индустрии, став победителями премии АПКиТ: «Ландыши. Такая нежная любовь», «Челюскин. Первые», «Константинополь», «Дорогой Вилли». Главный редактор ИРИ Татьяна Матвеева в интервью БК Медиа рассказала о том, как создаются такие проекты, как за пять лет изменились требования рынка к качеству сценария, какие жанры остаются актуальными вне времени и какие направления контента требуют отдельного конкурса.
Сегодня ИРИ – одна из самых заметных организаций, влияющих на развитие отечественного видеоконтента. Как вы определяете редакционную миссию ИРИ?
Редакторы ИРИ сопровождают проект от победы в конкурсе до его выхода. Наша задача – помогать авторам сценария при необходимости «докрутить» историю, сделать ее более зрительской. Вместе с производителем мы обсуждаем актерский состав, творческую команду, места съемок и так далее. Этой долгой и кропотливой работой занимаются все партнеры, работающие над проектом: производитель, ИРИ, платформы и телеканалы. Конечно, количество правок увеличивается в разы, но это позволяет сделать качественный контент.
Как за последние годы изменилась редакционная оптика? Какие требования к проектам стали более значимыми?
Повысились требования к качеству производства (production value) и к качеству сценариев. И это не столько наша прихоть, сколько требование рынка. Если снимать полезный, но никому не интересный контент, то он не пройдет экспертную комиссию и очную защиту перед продюсерским советом. Мы должны выпускать проекты, которые могут привлечь аудиторию в ситуации сильнейшей конкуренции. Ведь сейчас в каждой семье имеется примерно пять различных устройств для просмотра контента.
По каким признакам вы определяете, что перед вами действительно сильный проект с потенциалом?
Уже по логлайну можно понять, насколько идея рабочая, а по первым страницам заявки – насколько рабочий материал. И если все сложилось: идея интересная, заявка хорошо проработана, персонажи прекрасно прописаны, – то я уверена, что проект пройдет стадию девелопмента и будет жить.
Почему ИРИ не поддерживает полные метры?
Поддержка полнометражных фильмов – не наша задача, за это отвечают другие организации. Мы работаем с интернет-контентом, то есть с блогосферой и с тем, что показывают онлайн-платформы, а они прежде всего сконцентрированы на сериалах.
Бюджет ИРИ в последние годы вырос в геометрической прогрессии – с 3 миллиардов рублей в 2020 году до 26 миллиардов в 2026-м. При этом наблюдается тренд на то, что онлайн-кинотеатры сокращают или как минимум стагнируют объемы производства. Наблюдаете ли вы уменьшение числа заявок?
Наоборот, в связи с тем, что платформы сокращают производство, мы наблюдаем рост количества заявок. Благостный инвестиционный период, когда в платформы вливалось большое финансирование, заканчивается, и объем денег на рынке сокращается. Пришло время сопоставлять, сколько денег вкладывается в проект и сколько он приносит. То есть произошла здоровая коррекция.
Какие еще тренды в связи с увеличением финансирования вы можете назвать?
ИРИ удалось сместить фокус на важные для нас направления. Дети – важная для нас аудитория, и возникла необходимость выделить контент для нее в отдельную процедуру отбора. Согласитесь, сложно сравнивать «Любопытную Варвару» и «Князя Андрея». Поэтому ИРИ запустил детский конкурс, где поддерживает сериалы и анимацию, в том числе авторскую, для зрителей до 14 лет. Также в планах добавить нонскрипт-контент – шоу, блогерские проекты в социальных сетях и на видеохостингах. Оказалось, что у детей есть большая потребность в таких проектах: живые герои им интересны больше, чем анимация и художественные персонажи. Кроме того, в ИРИ появился отдельный конкурс ИИ-контента, потому что это направление сегодня активно развивается. Нам важно поддерживать осмысленный нейроконтент, помогая авторам, которые способны использовать технологии талантливо.
Жанры, которые остаются актуальными последние несколько лет вне зависимости от финансирования – исторические сериалы и фантастика. Это интересно и нам, и зрителям. К примеру, в этом году вышел созданный при поддержке ИРИ «Князь Андрей» об Андрее Боголюбском и собрал большие просмотры. Запускаем сериал «Ополченец» о Смутном времени, посвященный истории Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского. Также ждем два больших сериала по мотивам произведений братьев Стругацких. Таким образом, мы говорим не только о настоящем, но и о прошлом, и, что самое важное, о будущем. Даже к жанру фэнтези мы неравнодушны – осенью ждем релиз проекта «Очарованные» на «Кинопоиске». Это фэнтезийная история о семье и вечной борьбе добра и зла.
Как редакторы ИРИ адаптируются к новой реальности, когда то и дело меняются законы в сфере контента, а то, что было актуально еще вчера, сегодня уже запрещено? Есть ли проекты, которые в итоге пришлось в связи с изменением законодательства срочно переписывать или вообще отменять?
Ничего подобного не было. Мы в первую очередь занимаемся драматургией. За изменением законов следят платформы, где размещается контент. Хотя, конечно, наши продюсеры и юристы тоже держат руку на пульсе. Что касается содержания наших проектов – мы идем в первую очередь за аудиторией. А согласно недавним исследованиям, нынешний герой – это парень из соседнего подъезда, который борется за свою любовь, за справедливость. У него есть свои слабости, он вообще не супергерой из американских комиксов. То есть это буквально наш Леха из «Ландышей». И он вырос не из указа, не из ограничений и законов. Он вырос из запроса аудитории. Он полюбился миллионам, потому что стал опорой зрительского интереса. Так что у наших редакторов пока нет никаких сложностей, вызванных изменением законодательства. Если что-то и вызывает вопросы, мы отправляем свои сомнения юристам, а они в большинстве случаев отвечают, что мы действуем в рамках закона.
Вы упомянули «Ландыши». Какие еще проекты, выпущенные за последнее время, вы назвали бы драйверами зрительского интереса?
Второй сезон «Ландышей» аудитория приняла еще более благосклонно, чем первый, что очень приятно. Другой интересный проект – «Время Счастливых», который в этом году победил в конкурсе ORIGINAL+ в категории «Оригинальная коллаборация». Этот сериал рассказывает о событиях в жизни одной семьи в разные периоды времени и демонстрирует неравнодушие по отношению к близким как некий наш культурный код: что бы ни случилось, какие бы времена ни приходили на смену друг другу, главное, что рядом с тобой твои родители, твои дети, твой близкий человек, и семья составляет основу твоего мира. Также хорошо зашел проект «Гордость», вышедший в марте. Он тоже про жизнь, любовь и семью. Эти темы работают. Сериал «Центурия» совсем в другом жанре. Там поднимается важная тема о том, как сейчас вербуют подростков. И эти истории не просто попадаются нам в новостях, они буквально происходят в наших дворах и домах. И наш сериал рассказывает, как происходит вербовка детей, как ее распознать, на что обращать внимание, за чем в соцсетях и играх наших детей тщательнее следить.
Недавно вышел тизер «Околоточного», вы упомянули «Центурию». Какие еще проекты из ближайших релизов вам лично хочется порекомендовать зрителям?
Надеемся, что «Околоточный» станет хитом. Удивительно, но при его просмотре понимаешь, что это классический сериал про современных следователей, как «Первый отдел», только в декорациях девятнадцатого века, и за сто с лишним лет в этом жанре глобально ничего не изменилось. Сейчас ездят на машинах, а тогда – на лошадях, сейчас пьют кофе из бумажных стаканчиков, а тогда – чай из подстаканников. Но при этом качество детектива неизменно. Я уверена, что «Околоточный» зайдет аудитории. Также назову «Чужой город», который создается совместно с телеканалом «Россия 1», и «Держаться за землю» – отличные проекты в сценарном плане. Сейчас они только снимаются, надеюсь, что в итоге получатся классные сериалы. Еще «Марик» – драма о военном враче, который возвращается из плена и начинает свою жизнь заново в Мариуполе. Мне очень нравится проект «Истребители» про офицера, который в момент развала СССР находится в Крыму со своим батальоном и защищает авианосец «Адмирал Кузнецов». Это сериал про подвиг человека, про борьбу за справедливость и, по сути, тоже про парня из соседнего двора. И, наверное, отмечу совместный с ТНТ проект «Горнолыжка». Главный герой теряет работу и устраивается в туристическую сферу. Он, конечно, не совсем Леха из «Ландышей», но тоже всегда готов прийти на помощь, никогда не унывает и не сдается.
Поговорим о конкурсе молодежного контента. Заявленный размер поддержки – не более 60 миллионов рублей. Этого достаточно для создания сериалов в данном сегменте?
Уточню, что в этом сегменте ИРИ поддерживает только веб-сериалы, то есть те проекты, что размещаются в соцсетях. Важно, чтобы их делали молодые, а также региональные команды. Поэтому и стоит планка в 60 миллионов. Это сделано для того, чтобы приходила молодежь и пробовала снимать про себя.
Вы упомянули эксперимент этого года – конкурс ИИ-контента. Как проходит отбор в этом конкурсе? Как вы оцениваете уровень заявок? Что в них цепляло ваш любопытный редакторский глаз?
Я могу судить только по увиденному на очной защите, потому что проект отбирается не редакцией, а экспертной группой, а затем, на финальном этапе, – продюсерским советом. К нам он попадает уже после того, как победил. Но я видела проекты финалистов, так что могу поделиться впечатлением. Много ребят приходит с Кубков нейроконтента, которые прошли в нескольких городах России. На некоторых кубках я была, и мне всегда казалось, что коллеги в первую очередь думают не про смысл ролика, а про то, как классно его сделать. Чтобы не было шести пальцев и двух голов, чтобы все прилично двигались и так далее. И многие забывают про суть ролика, про драматургию, хай-концепт – все то, без чего любой контент немыслим. И в итоге одобрение продюсерского совета получили те проекты, создатели которых об идее все же подумали. Скажу так: тайтлы, для которых сценарий писала нейросеть, выглядели не очень хорошо. А проекты, где нейросеть была лишь вспомогательным инструментом для сценариста, выигрывали на фоне первых. Также отмечу, что отлично работают нейросетевые ролики, где есть юмор. И сложнее заходит материал с драматическим наполнением.
Как вы оцениваете итоги конкурса детского контента?
Пока сложно говорить, потому что мы только приступили к работе. Но мне нравится, что планируется поддержать десяток новых художественных сериалов именно для этой аудитории, и даже больше – анимационных, включая авторские. Мне кажется важным, что в проектах поднимались темы, которым не часто уделяют внимание. Например, рынок развлекательного анимационного контента для возраста 0–3 переполнен. Но в нашем конкурсе победил мультсериал «Бу и волшебный мешок», который будет не просто занимать ребенка, но и развивать у дошкольников креативное мышление, воображение, социальные навыки. Я считаю, что важно закрывать подобные пробелы.
Что вы можете сказать о конкурсе дебютных проектов?
Тут нам важно найти новых людей, тех, кто мог бы дальше состояться в отрасли. Поэтому когда к нам попадает проект, мы в первую очередь смотрим, насколько дебютант, придумавший оригинальную идею, в дальнейшем может стать новым интересным лицом в нашей индустрии. В этом году, как мне кажется, работы были смелее, чем обычно. Смелее в новизне идей, в экспериментах. Много проектов про взросление – например, короткометражка «Турбулентность», где герой принимает роды на борту самолета, – история про взросление через экстремальную ситуацию и спасение других. Еще одна большая тема – одиночество, сложности с коммуникацией. Например, концептуальный мультсериал без слов «Свободное плавание» про поиск себя.
Какие сериалы, на ваш взгляд, сейчас точно могут получить поддержку ИРИ?
Я назову, какие проекты точно не смогут получить поддержку ИРИ. Если ваш сериал обладает абсолютно коммерческим потенциалом и его точно можно снять без ИРИ, то не надо подавать его в конкурс. Это ответ на классический вопрос «а почему вы не поддерживаете сериалы про маньяков?». Потому что сериал про маньяков можно снять и без ИРИ. Коммерческая история вряд ли пройдет отбор экспертов и продюсерского совета. Потому что первый вопрос, который мы зададим: почему это подано в ИРИ? В чем заключается социальная значимость проекта? Почему это важно для людей? Если вы не можете ответить на эти вопросы, значит, вам нужно реализовать вашу идею без нашей помощи. И это совершенно не означает, что проект «со смыслами» должен быть пресным. Требование удовлетворять зрительский интерес касается и социально значимого контента. Если вы, например, принесете детектив про волонтеров, то вы заявляете социально значимую тему и при этом у вас есть привлекательный жанр, а значит, появляется и точка зрительского интереса. Тогда эксперты рассмотрят вашу историю. Так что драматургия в любом случае важна.
Вы уже упомянули, что мониторите рейтинги и просмотры. По результатам, которые показывают поддержанные ИРИ сериалы, можете ли вы рассказать о сегодняшних предпочтениях зрителей?
Сейчас зрителю очень нужен простой контент. Наверное, эту тенденцию можно объяснить тем, что нынешние обстоятельства жизни настолько непростые, что очень хочется понятных и ясных историй. Отсюда рост интереса к мелодрамам, ромкомам, комедиям, семейным историям. А для сложного контента, условного «Черного зеркала», сейчас, пожалуй, не время.
Этот запрос аудитории как-то меняет ситуацию внутри конкурентной борьбы?
У ИРИ есть вполне конкретный запрос на содержательные задачи, но раз зрители смотрят что-то определенное, значит, меняется и конкурентная система. Скорее меняется форма для достижения содержательных целей. Дело не в том, что мы что-то производим, потому что зрители это смотрят. Нет, мы упаковываем продукт в ту форму, в которой зритель хочет его смотреть. И эта форма зависит не столько от нас, сколько от заказа платформ, потому что они тоже в первую очередь ориентируются на то, что будет смотреть их аудитория. Мы не можем существовать отдельно от рынка и, соответственно, зрительского запроса. Однако можем позволить себе какой-то эксперимент, или детское кино, или научную фантастику, то есть вложиться в те жанры, в которых платформы не чувствуют себя уверенно.
Тут можно вспомнить «Любопытную Варвару», которую, как оказалось, смотрят далеко не только дети.
Это семейная история. Там много просмотров, потому что дети гоняют ее бесконечно. Вдобавок сами истории, поданные в сериях, очень классные. Каждый эпизод держит зрителя – и ребенка, и взрослого – до конца. Я сама ловила себя на мысли, что очень хочу узнать, кто же совершил преступление. Это классный детский детектив.
Если говорить о профессиональном сообществе, то каких компетенций, по-вашему, больше всего не хватает рынку?
Поскольку я редактор, то мне всегда не хватает авторских и редакторских компетенций. Мне всегда мало редакторского участия. Хочется, чтобы у каждой кинокомпании, у каждого проекта был редактор, а лучше – два. Например, у нас в департаменте над каждым тайтлом работают два специалиста. Одна голова хорошо, а две – лучше, и в споре рождается истина. Если бы у производителей была возможность иметь двух редакторов вместе с авторской группой, то это всегда было бы только в плюс.
В чем вы видите ключевые точки роста для российского интернет-контента на ближайшее время? И что можете посоветовать авторам, которые хотят не просто соответствовать списку требований, а все-таки создавать действительно востребованные проекты?
Я бы назвала качество производства – production value, которое растет год от года, и кажется, что этому нет предела. И, конечно, это оригинальные истории, рождающие что-то, чего мы еще не видели. А по поводу советов авторам... Я точно не буду рекомендовать авторам соответствовать какому-то списку. Многие считают, что если они придумали конъюнктурный проект, соответствующий тематическим линиям, то все отлично. На самом деле нужно соответствовать зрительскому интересу. И, что немаловажно, любить своего зрителя и не пренебрегать жанром. Только тогда может родиться что-то действительно значимое.
Фото: пресс-служба ИРИ
