Михаил Врубель: «Я не открываю компанию аналитически — потому что сейчас удачный момент. Я открываю ее, потому что кино – это центр моей жизни»

Cооснователь компании «Водород» рассказал БК Медиа о своей новой студии «Аргон» и о будущих проектах

6 июля стало известно, что сооснователь и соучредитель кинокомпании «Водород» Михаил Врубель принял решение покинуть ее, чтобы сосредоточиться на собственных проектах в созданной им новой студии «Аргон». В эксклюзивном интервью БК Медиа Врубель поделился подробностями о запуске компании, первых проектах, которые уже находятся в работе, рассказал о своем интересе к молодежной культуре и о своих наблюдениях, как технологии меняют производство кино и сериалов.

29 мая Павел Горин был официально представлен как генеральный директор компании «Водород». Тогда все СМИ обратили внимание на то, что вас нет на сайте в составе активных участников команды. Сегодня мы знаем, что вы покинули компанию. Можете ли вы рассказать, как долго готовились эти изменения и почему вы решили, что сейчас самое время заявить о выходе из компании?

Это решение давно зрело и обсуждалось мной и Александром Андрющенко. Мы поняли, что дозрели до того, что хотим развивать самостоятельные компании с самостоятельными проектами. В результате обсуждения разных возможных конфигураций приняли обоюдовыгодное решение: «Водород» остается под руководством Александра и команды, а я строю новую студию. В этом году «Водороду» исполняется 15 лет — довольно большой срок для союзнических, партнерских отношений. Видимо, как и в жизни, приходит новая пора, новая глава.

«Водород» несколько лет как закрепился в составе лидеров Фонда кино и занимается производством крупнобюджетных проектов. Покинуть такой бизнес в прямом смысле означает покинуть зону комфорта. Насколько это действительно сложный для вас процесс в личном, моральном плане?

Я глубоко убежден, что создание любого кино — это вопрос людей, которые стоят в его основании, обычно продюсера и авторов картины. Каждый из современных крупных продюсеров может создавать крупное кино, находя для него свои формы реализации, создавая новые союзы. Что касается лично меня, я очень люблю и ценю в своей жизни новые вызовы, поэтому отношусь к этому выходу из зоны комфорта глубоко позитивно.

Вы уже упомянули, что «Водороду» в этом году 15 лет. Какие проекты за это время вы сами считаете наиболее значимыми с точки зрения влияния на индустрию?

Есть разные по-своему важные для меня проекты. Например, фильм ПРИЗРАК, по-моему, был второй картиной студии. Он не стал «миллиардником», но точно послужил индустриальным началом студии. Его выход обозначил новые рамки и возможности наших партнерств и отношений с важными участниками рынка. На этом фильме случилось наше знакомство, а позже и длительное партнерство с Федором Сергеевичем Бондарчуком и Art Pictures. Дальше были картины, которые в разных смыслах казались мне прорывными. Конечно, это ПРИТЯЖЕНИЕ: настолько успешной научной фантастики, снятой с таким размахом и при этом с довольно скромным бюджетом, если говорить о первой части, я в российском кино вспомнить не могу. Мне кажется, нам удалось поднять глубокие вопросы, и этим я очень горжусь. Безусловно, ярким событием для студии стал ЛЕД — лента, может быть, не столько инновационная технологически, сколько очень смелая с точки зрения микса жанров, комбинации размера бюджета и успеха. Отдельно я бы упомянул СПУТНИК, который в России даже не выходил в прокат: релиз пришелся на апрель пандемийного 2020 года, и он вышел сразу в диджитале. Это была первая картина, которая выходила в digital не в результате низких ожиданий, а как спецпредложение: посмотреть ее можно только здесь. Мне кажется, СПУТНИК стал одним из самых известных российских фильмов для кинематографистов в США. Все, с кем мы общались в разные периоды, его знают и видели. В тот момент и в Америке не выходили большие проекты, было окно, и релиз, по-моему, занимал второе место в жанре хоррора на американском iTunes и третье в общем зачете в течение нескольких недель. Из более свежего я, конечно, отмечу СТО ЛЕТ ТОМУ ВПЕРЕД, где мы продолжили научно-фантастическое направление. Фильм Саши Андрющенко, на мой взгляд, получился. Я вижу, насколько детско-подростковая аудитория стала его амбассадором, и мы надеемся, что это благоприятно скажется и на второй части — ВЕСЕЛЬЧАКЕ У. Ну и БУРАТИНО, очень сложное, большое, масштабное кино, для «Водорода» и для Art Pictures стал рекордным по сборам. Мне кажется, мы туда тоже зашили важные смыслы, которые при этом не помешали фильму стать хитом в очень конкурентной среде. Наверняка я перечислил не все, но какие-то основные вехи назвал.

А если говорить о работе с аудиторией: ощущаете, что «Водород» за эти годы тоже повлиял на зрительский запрос? Может быть, за счет новых лиц, жанров или маркетинговых подходов?

Мы открыли новые лица, а новые лица открыли нас. Я считаю, это был взаимный процесс. Безусловно, я дорожу дебютантами, с которыми мы вместе сделали ЛЕД, СПУТНИК, НИКУ и другие картины. С артистами тоже проходили длинный путь — например, с Сашей Петровым, которого мы, конечно, не открывали, но сделали вместе много разных фильмов, и «Водород» продолжает с ним работать. Мне кажется, мы дали друг другу очень много. Что касается «воспитания» зрителя, мне очень важно блюсти качество кино в разных смыслах этого слова: сценарном, актерском, режиссерском, визуальном, маркетинговом. Когда конкуренция снижается, очень просто — не специально, а незаметно — начать приземлять собственные продукты. Мне это кажется неправильным. Мы абсолютно точно в ответе за уровень кино, которое делаем, и в целом за уровень российского кино, а значит, и за уровень того, к чему привыкает российский зритель. В отсутствие основной массы заокеанских коллег в кинотеатрах это очень важная задача. На сервисах, в бесплатном виде, они присутствуют везде — и на VK, и на Rutube. Если мы снижаем качество отечественных кинотеатральных релизов, то получаем отток зрителей из кинотеатров в другой формат смотрения. На мой взгляд, это катастрофическая история: она невозвратная. Поэтому с самого начала у всей студии «Водород» был такой подход: мы всегда старались делать кино с максимальным уровнем качества, на который были способны. Не всегда получалось, но мы всегда к этому стремились.

Будете ли вы принимать участие в создании продолжений БУРАТИНО, а также в создании фильмов ЛЕД 4, СЕРДЦЕ МОНСТРА, БОРОДИНО, ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО, ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ?

Мы продолжаем совместно с «Водородом» работать над выпуском текущих картин — ВЕСЕЛЬЧАКА У, НЕАНДЕРТАЛЬЦА и анимации НА СВЯЗИ. А дальше «Водород» делает проекты уже отдельно. Это СЕРДЦЕ МОНСТРА, ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО и сериал «Академия светлого будущего» из вселенной СТО ЛЕТ ТОМУ ВПЕРЕД.

Первый проект студии «Аргон» — это ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ, и именно на нем я сейчас фокусирую большую часть усилий. Он подан в Фонд кино, сегодня мы его представили как в старые добрые времена в блоке компаний, не являющихся лидерами кинопроизводства. Это совсем непривычная форма, где история будет рассказаны через три противоречащие друг другу версии Грушницкого, Мэри и Печорина.

Как возникло название «Аргон»? Невозможно не обратить внимание, что аргон, как и водород – это химический элемент.

Безусловно, это химический элемент, но для меня это в большей степени отсылка к аргонавтам, к одному из главных мифов, мифологической основе того, что лежит в корне и в центре сегодняшнего кино- и сериалостроения. Меня увлек этот образ, в котором есть и рифма с тем, что мы делали до этого, и связь с глубокими древнегреческими корнями.

Сейчас, когда кино- и сериальное производство переживает «интересные времена», вы открываете свою компанию. Что вы готовитесь предложить сегодняшнему кинорынку в эпоху «срезания костов» и довольно строгим требованиям со стороны Минкульта? 

Направление компании будет с теми же амбициями, к каким я привык. В первую очередь я буду делать большое студийное кино. Где-то — в партнерстве с мейджорами, где-то, если бюджет более скромный, самостоятельно или в партнерстве, но не с мейджорскими студиями. О самих проектах мы дадим новость чуть позже и более подробно. Я сейчас внимательно смотрю на то, что происходит в мировом производстве и прокате с точки зрения молодежной аудитории: экранизации игр, ютуберы в качестве режиссеров, дешевые фильмы ужасов, становящиеся хитами. Что-то из этого неприменимо в наших реалиях, но что-то мы обязательно будем пробовать делать здесь, в том числе коммуницируя с российскими создателями такого рода молодежной культуры — в широком смысле, потому что у нее есть разные сегменты.

Что касается сериального производства: будете ли вы входить на эту территорию?

У нас с Антоном Сиренко есть компания «Комитет», она продолжает свою работу. Мы вошли в съемки первого сериала «Живая», который делаем вместе с Okko. Это большая sci-fi-история. Большего пока сказать не могу. В этом году зайдем в съемки еще одного сериала с «Иви». Два-три сериала в год — обязательно.

Планируете ли вы стратегические партнерства с крупными игроками рынка?

Да, в этом году мы обязательно объявим о таком партнерстве. 

Можете ли вы рассказать о соучредителях или инвесторах «Аргона»?

Пока могу говорить только, что мы делаем это с генеральным директором Дарьей Давыдовой. Дарья была генеральным директором студии «Петербург», известной такими проектами как «Смешарики», ФИННИК, как продюсер делала анимационный проект НА СВЯЗИ и продолжает делать его вместе с «Водородом». В качестве генерального директора и младшего партнера она строит со мной эту студию. 

В целом насколько перспективен запуск новой компании в текущих реалиях рынка? Какие видите сложности и точки роста?

Я бы здесь разделил вопрос. Во-первых, это просто центр моей жизни и деятельности. Я не вижу себя вне кино. Я не открываю компанию аналитически — потому что сейчас удачный момент. Я открываю ее, потому что продюсирую кино.

Если оценивать с экономической точки зрения, есть разные векторы. Мы видим в других сегментах очевидное падение потребительского спроса. Кино пока лето к лету растет в деньгах. Никто из системных игроков, с кем я это обсуждал, пока не видит сигналов потребительского падения. Как обычно бывает в кризисные времена, кино остается одним из главных видов досуга просто потому, что, несмотря на повышение цены билета, это по-прежнему самый дешевый способ классно провести два-три часа — с детьми, с девушкой, с родителями или одному. Мне кажется, будет происходить коррекция взаимоотношений продюсеров с платформами. В какую сторону она пойдет, я пока просчитать не могу, но она точно будет: все хотят оптимизировать расходы. Это бюджетная оптимизация.

В 2024 году закончился слишком быстрый разгон стоимости производства кино: рынок продолжил расти, но уже медленнее. А рынок потребления, в первую очередь платформенный, так разгоняться не захотел и пошел на сокращение. Сейчас все продюсеры решают одну и ту же проблему: как с меньшими доходами позволить себе те же расходы или как сократить расходы, чтобы они соответствовали доходам.

Я очень верю в новые технологические возможности. И не только потому, что сам фанат всего нового. В обсуждениях с профессионалами рынка компьютерной графики я вижу: в первую очередь произойдет ускорение сроков, уменьшение цен, сокращение команд. Конечно, речь не идет о том, что продюсеры или режиссеры сами будут делать компьютерную графику. Все равно этим будут заниматься талантливые художники, супервайзеры и другие специалисты. Но сам способ производства уже стал легче и с каждым днем становится еще легче.

Наиболее радикальные перемены, на мой взгляд, ждут анимацию. Особенно сериальную анимацию: чтобы выживать, там нужно снижать косты до совсем другого уровня. В большом кино это, конечно, не так, но использовать новые технологии мы просто обязаны — по отношению к своим студиям, инвесторам, зрителям. При этом я пока не видел, чтобы искусственный интеллект все делал сам. У меня была одна встреча и очень глубокий разговор с профессором из зарубежного университета, который уверяет, что дойдет и до этого. Но в ближайшее время, на мой взгляд, все движется к тому, что более сложные вещи будут упрощаться. Этому нужно учиться и это нужно развивать.

Еще один публичный блок вашей работы — школа кино «Индустрия». Ваш уход из «Водорода» касается деятельности в школе?

Нет, вообще никак не касается. Я по-прежнему преподаю. У нас прекрасно закончился первый семестр, сейчас начнется второй у продюсерского курса, который мы ведем с Алиной Тяжловой. Плюс есть какое-то количество дистанционных программ.

Ваша новая компания подразумевает работу с молодыми кадрами, с дебютантами, которых вы в том числе встречаете в школе?

Конечно, абсолютно. Вовлеченность таких кадров требует раскачки компании, безусловно, но работа с молодыми специалистами органически стала одной из важных частей моей жизни: и сам преподавательский процесс, и процесс интеграции выпускников в киноиндустрию. Конечно, это продолжится.

Фото: студия «Аргон»